Перейти к разделам Перейти в главное меню

Cоциальные сети:

RSS:

Радио Ватикана

Голос Папы и Церкви в диалоге с миром

Язык:

Ватикан \ События

Реформа Лютера: «много шума из ничего»? Пятая великопостная проповедь о. Раньеро Канталамессы

Колокольня замковой церкви Всех Святых в Виттенберге - AFP

07/04/2017 10:20

«Явилась правда Божия»: этой цитатой из Послания апостола Павла к Римлянам озаглавлена пятая великопостная проповедь священника-капуцина Раньеро Канталамессы, которую он произнес в присутствии Папы Франциска и руководства Римской Курии. Проповедник рассуждал о том, каким образом пятисотлетие протестантской Реформы может принести благодать и примирение для всей Церкви.

Отец Канталамесса остановился на истории и современном состоянии дебатов об оправдании грешника верой. Эти дебаты основаны на словах апостола Павла (Рим 3,21-28):  «Но ныне, независимо от закона, явилась правда Божия, о которой свидетельствуют закон и пророки, правда Божия через веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих, ибо нет различия, потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его через веру, для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде, во время долготерпения Божия, к показанию правды Его в настоящее время, да явится Он праведным и оправдывающим верующего в Иисуса. Где же то, чем бы хвалиться? уничтожено. Каким законом? законом дел? Нет, но законом веры. Ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона». 

Как могло случиться, что столь утешительное и светлое послание стало яблоком раздора в лоне западного христианства, разделив Европу на два «религиозных материка»? Чтобы ответить на этот вопрос, капуцин упомянул об «опыте в башне», пережитом Мартином Лютером в 1511-12 годах в августинском монастыре Виттенберга, называемом «Башней». Лютер терзался мыслью, что никакие религиозные практики и покаяние не дают ему почувствовать себя в мире с Богом. Именно тогда к нему пришло озарение – в словах апостола Павла (Рим 1,17): «Праведный верою жив будет». Для Лютера этот опыт был освобождающим. Вот почему некоторые лютеранские историки считают началом Реформы именно этот момент, а не 1517 год, когда духовное переживание Мартина Лютера привело к самой настоящей «религиозной лавине» после инцидента с индульгенциями: именно тогда он повесил свои 95 тезисов на двери виттенбергского замка. Важно отметить эту последовательность фактов: она свидетельствует о том, что тезис об оправдании верой, а не делами, был не результатом полемики с тогдашней Церковью,  а ее причиной.

Чем же объяснить землетрясение, вызванное позицией Лютера? Что же такого революционного было в его тезисах? Ведь и у святого Августина, и у Григория Великого, и у святого Бернарда, и у святого Фомы Аквинского мы находим те же самые тезисы об оправдании верой, отметил отец Канталамесса. Тридентский собор также подтвердил главенство веры и благодати, хотя и заявив о необходимости дел в процессе спасения, согласно словам св. Павла о «вере, действующей любовью» (Гал 5,6). Но такой же акцент поставит и кальвинистское ответвление протестантизма. Получается, что вся история с Реформой была «много шума из ничего»? Безусловно, это не так. Учительство Церкви никогда не отменяло решений соборов, никогда не опровергала утверждения Августина, Григория, Бернарда и Фомы Аквинского. Революции обычно вспыхивают не из-за идей и теорий, но в силу конкретных исторических ситуаций. А в то время обстановка в Церкви действительно не отражала убеждений, выраженных названными святыми и соборами. Духовная жизнь, народное благочестие, проповедь, катехизация, казалось бы, утверждали обратное, то есть первенство дел и человеческих усилий. Причем речь шла не столько о делах милосердия, перечисленных в Евангелии, сколько о религиозных практиках: паломничествах, вотивных свечах, индульгенциях… Этот феномен своими корнями уходил в глубокую историю, касающуюся не только латинской традиции, и объяснялся тем, что в определенный момент христианство стало государственной религией, выдвинув на первый план нравственность – и оставив на втором плане христологический аспект и веру. Важно было то, что мы делаем, а не во что верим. Долг, таким образом, ставился выше дара.

Отец Канталамесса затронул полемику о том, является ли доктрина об оправдании учением Павла или учением Иисуса. Слова Иисуса Христа – «Покайтесь и веруйте в Евангелие» - и есть учение об оправдании верой. Если до Иисуса покаяние означало «вернуться назад», то в Его устах это означает «мыслить по-новому». «Покаяться» и «веровать» здесь – не два разных действия, идущих одно за другим, а одно и то же действие: чтобы спастись, нужно «покаяться, веруя», «покаяться, то есть уверовать». Это значение Иисус подтверждает в Своих словах о том, что необходимо стать как дети, чтобы войти в Царство Небесное. Ребенок ничего не может дать, но может только получать, он не просит у родителей чего-то потому, что заслужил, но только потому, что его любят. Ребенок принимает безвозмездность.

В завершение своей проповеди отец Раньеро Канталамесса подчеркнул, что юбилей Реформы – это благодатный момент, чтобы сделать «скачок вперед». Пятьсот лет назад причиной разделения между нашими Церквами был вопрос индульгенций и оправдания грешника. Сегодня же мы сталкиваемся с совершенно иными проблемами. Если перед Лютером стоял вопрос о том, как преодолеть чувство вины и уверовать в благодать Бога, то сегодня, пожалуй, проблема совсем иная: как человеку вернуть совершенно утраченное чувство греха. Среди эксцессов многовекового внимания к вопросу оправдания грешника можно назвать проповедь, сосредоточенную на грехе, на том, от чего Иисус освободил человека, - а не на том, что Он ему даровал, то есть Святом Духе. Сегодня оправдание верой во Христа необходимо проповедовать не как противоположность «делам», о которых говорит новый Завет, но как противоположность претензии современного человека спастись своими силами, наукой, техникой или импровизированной духовностью, успокаивающей совесть. Вот они, «дела», на которые уповает сегодняшний человек. Если бы Лютер жил сегодня, то он бы проповедовал оправдание верой именно в этом смысле.

Наконец, надо всегда помнить, что речь идет не просто об оправдании верой, а об оправдании верой во Христа, не об оправдании благодатью, а об оправдании благодатью Христа. Именно Христос – сердце послания, именно на Нем зиждется Церковь: не на доктрине, а на Личности.


07/04/2017 10:20